«Но что-то было в нем странное: во взгляде его светилось как будто даже восторженность, - пожалуй, был и смысл, и ум, - но в то же время мелькало как будто и безумие».

(a)  

«Родные же все отказались. Да и горда была, чересчур горда… она, образованная и воспитанная и фамилии известной».

(a)  

«Воспитание …не получила. Потом, уже достигнув зрелого возраста, прочла она несколько книг содержания романтического, да и недавно еще одну книжку «Физиологию Льюиса».

(a)  

«Он был до того худо одет, что иной, даже и привычный человек, посовестился бы днём выходить в таких лохмотьях на улицу».

(a)  

«Из толпы, неслышно и робко, протеснилась девушка, и странно было ее внезапное появление в этой комнате, среди нищеты, лохмотьев, смерти и отчаяния. Она было тоже в лохмотьях; наряд ее был грошовый, но разукрашенный по-уличному, под вкус и правила, сложившиеся в своем особом мире, с ярко и позорно выдающеюся целью».

(a)  

«Это был человек лет тридцати пяти…Пухлое, круглое и немного куриное лицо его было цвета больного, темно-желтого, но довольно бодрое и даже насмешливое. Оно было бы даже и добродушное, если бы не мешало выражение глаз, с каким-то жидким водянистым блеском… Взгляд этих глаз как-то странно не гармонировал со всею фигурою, имевшею в себе даже что-то бабье, и придавал ей нечто гораздо более серьезное, чем с первого взгляда можно было от нее ожидать».

(a)  

«Красота и образование… поразили его; беспомощное положение ее раззадорило его до крайности…Явилась девушка гордая, характерная, добродетельная, воспитанием и развитием выше его, и такое-то существо будет рабски благодарно ему всю жизнь».

(a)  

«Он рассматривал его лицо, которое всегда его поражало и прежде. Это было какое-то странное лицо, похожее как бы на маску: белое, румяное, с румяными, алыми губами, с светло-белокурою бородой и с довольно еще густыми белокурыми волосами. Глаза его были как-то слишком голубые, а взгляд их как-то слишком тяжел и неподвижен. Что-то было ужасно неприятное в этом красивом и чрезвычайно моложавом лице».

(a)  

«Он имел вид твердо решившегося человека. Дуня верила слепо, что он выполнит все свои намерения, да и не могла не верить: в этом человеке виднелась железная воля».

(a)  

«Все платье было только что от портного, и все было хорошо, кроме разве только, что все было слишком новое и слишком обличало известную цель…Даже прелестная пара сиреневых, настоящих жувеневских, перчаток свидетельствовала то же самое…В одежде преобладали цвета светлые и юношественные… Если же и было что-нибудь в этой довольно красивой и солидной физиономии действительно неприятное и отталкивающее, то происходило уж от других причин».

(a)